Le Monde: в Грузии опасаются, что Путин хочет развязать войну на Кавказе перед выборами-2008
НТВ

Если для кого-то новый всплеск напряженности на Северном Кавказе (в частности, в Дагестане) не стал сюрпризом, то это, конечно, для грузин: во всех своих оценках региональной ситуации они подчеркивают опасность новой войны в своем ближнем зарубежье - на фоне продолжающегося конфликта в Чечне. Роль России, разумеется, ключевая, и все происходит так, будто Россия сохраняет в самой Грузии очаги потенциальных конфликтов, чтобы продолжать игру с неясными конечными целями, пишет французская Le Monde (перевод на сайте Inopressa.ru).

Российский президент Владимир Путин то хвалит Грузию, то ругает. В конце концов он согласился выполнить обязательство, которое взял на себя в 1999 году его предшественник Борис Ельцин - вывести из Грузии две российские военные базы в течение 2008 года.

После "революции роз" новые тбилисские руководители сумели урегулировать проблему с автономной республикой Аджария, "президент" которой добивался независимости, чтобы продолжать безнаказанно заниматься контрабандой, пишет французская газета. Столицей Аджарии является Батуми, и именно здесь расположена одна из двух российских баз.

Однако Кремль ничего не сделал, чтобы помочь в решении двух других вопросов, "отравляющих жизнь" Грузии - сепаратистских притязаний Абхазской автономной республики и Юго-Осетинской автономной области (25 тыс. жителей).

В Абхазии после двухлетней гражданской войны (1992-1993 годы) к власти пришло сепаратистское правительство. В Южной Осетии самопровозглашенный "президент" Эдуард Кокойты колеблется между требованием независимости и проектом присоединения к Российской Федерации. Обе полностью зависят от русских, которые при желании могли бы навязать сторонам конфликта компромиссное решение. Очевидно, что они этого не хотят, пишет Le Monde.

Почему? Рационального ответа на этот вопрос не существует, говорят в Тбилиси. По логике, у Владимира Путина нет никакого резона сохранять эту "серую зону" на южных границах своего государства, целостность которого уже и так поставлена под вопрос отделением Чечни. Абхазия и Южная Осетия - это два региона, где царят нестабильность, коррупция и контрабанда во всех формах. Именно из Южной Осетии в сентябре 2004 года пришла часть террористов, захвативших школу в североосетинском городе Беслане.

"Каковы долгосрочные цели русских? - задается вопросом Ираклий Аласания, спецпредставитель президента Грузии Михаила Саакашвили по Абхазии, глава абхазского правительства в изгнании. - Когда им задаешь этот вопрос, они никогда не говорят, чего они дожидаются".

Поэтому приходится довольствоваться неконкретными ответами. Для Москвы поддержание очагов напряженности - это, прежде всего, способ оказывать давление на Грузию. Постоянная нестабильность мешает развиваться кавказской республике, отпугивая иностранных - в том числе российских - инвесторов. После "революции роз" давление не ослабло, наоборот. Кремль явно не против того, чтобы способствовать провалу демократического опыта в постсоветском государстве, тем более что Грузия послужила примером для Украины и других стран, пишет французское издание.

Саакашвили, попробовав решить вопрос военным путем, к чему его настоятельно не советовали прибегать его американские друзья, в начале этого года выступил на Совете Европы в Страсбурге с предложениями к Южной Осетии, где осетины живут бок о бок с грузинами. "Мы предлагаем, - сказал он, - более широкую автономию, чем та, которой этот регион пользовался в советской Грузии, и чем та, которой обладает Северная Осетия в составе Российской Федерации". Ни местный сатрап, ни его российские покровители официально на это предложение не отреагировали.

Вторая причина, которой в Тбилиси объясняют позицию Москвы, заключаются в том, что, потеряв все "ближнее зарубежье", российские военные не имеют другой территории для размещения своих войск, кроме Кавказа. Но они чувствуют, что им все труднее контролировать ситуацию в регионе, где русские присутствуют уже больше двух столетий, но тем не менее его не понимают, добавляет Ираклий Аласания. Абхазия - их последний бастион на Южном Кавказе: потеряв ее, они потеряют все, добавляют грузины, которые ждут, что после вывода баз Россия ужесточит свои позиции.

Напряженность может возрасти и по другой причине: говорят ли они об этом в частных беседах или открыто, но все грузинские руководители думают, что перед президентскими выборами 2008 года российская власть хочет разжечь новую войну на Кавказе, чтобы удержать общество под контролем. В конце концов, помогла же вторая война в Чечне стать президентом Владимиру Путину, заключает Le Monde.