В Германии вскрыли контрабандную сеть по поставкам ядерного оборудования из России в Иран: следствию известно о поставках на сумму в 150 млн долларов, и это лишь "вершина айсберга"
Reuters

В Германии вскрыли контрабандную сеть по поставкам ядерного оборудования из России в Иран: следствию известно о поставках на сумму в 150 млн долларов, и это лишь "вершина айсберга". "Прикрытием" для контрабандной сети служила берлинская фирма по выпуску бытовой электрохимической продукции Vero Handels GmbH, принадлежащая гражданину России и Германии Дмитрию Золотареву, сообщает NEWSru Israel со ссылкой на Ha'aretz.

- Прокуратура Потсдама: контрабанда шла через "Атомстройэкспорт"

Иран утверждает, что электростанция в Бушере, в строительстве которой принимают участие российские специалисты, предназначается для мирных целей. Однако спецслужбы считают, что реактор будет использован для создания ядерного оружия. Германия, оказывавшая в 70-е годы поддержку строительству, вышла из проекта, а Иран был внесен в список стран, которым запрещена поставка ядерных технологий.

Однако немецкие предприятия нашли способ обойти запрет. Сделки с Ираном были "замаскированы" под сотрудничество с российскими предприятиями. "Прикрытие" обеспечивала фирма Золотарева и некоего "Игоря Е.", как называет его Focus. Согласно данным следствия, контрабандисты воспользовались тем, что российским законодательством не запрещено сотрудничество с Ираном.

Как сообщает немецкое радио Deutsche Welle, кельнский таможенный уголовный розыск провел широкомасштабную акцию, в которой было задействовано 250 работников таможни. Обыски проводились на территории Баварии, Баден-Вюртемберга, Берлина, Гамбурга, Гессена, Нижней Саксонии, Северного Рейна-Вестфалии, Саксонии, Саксонии-Ангальт и Шлезвига-Гольштейна.

По данным прокуратуры Потсдама, изъятое в результате обыска оборудование - главным образом, электронные компоненты, трансформаторы, специальные электрокабели - предназначалось для нелегальной отправки в Иран и могло быть использовано в рамках ядерной программы. Предположительная стоимость конфискованного материала - от трех до пяти миллионов евро.

По заявлению потсдамского прокурора Бенедикта Вельфенса, в результате расследования установлено, что готовый к отправке специальный кабель, изготовленный на одном из расположенных в окрестностях Франкфурта-на-Майне предприятий, предназначался для некой иранской фирмы, выполняющей военные заказы, и мог быть использован в иранской армии.

Сейчас под подозрением германской прокуратуры семь человек, среди которых граждане Германии и России. Пока все они на свободе. К суду их привлекут лишь в том случае, если будет доказано, что они сознательно способствовали ядерному вооружению Ирана.

Расследование идет с 2004 года

Дмитрий Золотарев, еврей, приехал в Германию на основании закона "Об особом контингенте беженцев", который позволил тысячам евреев из стран бывшего СССР получить статус беженца, а затем и гражданство. По оценкам прокуратуры Потсдама, через Vero в Иран было передано оборудование стоимостью 150 млн долларов. Следователи считают, что это – только вершина айсберга.

В 2004 году немецкая полиция провела обыск в компании Vero. Из изъятых материалов стало понятно, что речь идет о разветвленной сети, в которой также фигурируют немецкие фирмы. В частности, из электронной переписки следователи поняли, каким образом работает цепочка. В одном из электронных посланий говорилось: "Теперь мы должны говорить Ростов вместо Бушер". Большая часть оборудования для Бушера проходила именно через Ростов. Поставки осуществлялись небольшими партиями также и через другие республики СНГ, а затем по Каспийскому морю переправлялись в Иран.

В 2004 году прокуратура вышла на след первых 10 компаний. В 2005 суд приговорил к трем годам заключения директоров трех компаний, которые поставили уникальный подъемный кран для строительства ректора.

Один из осужденных директоров - Джордж Крогер, возглавлявший инженерную компанию ISV. "Золотарев не имел не малейшего представления о технологиях или о технологиях. Но он хороший бизнесмен", - говорит Крогер.

Во время обыска в берлинском офисе Золотарев находился в Москве. Несмотря на то, что немецкий суд не вынес еще решения в его адрес, он с тех пор так и не возвращался в Германию.

Второй европейский центр располагается в Италии

Еще одна страна, навлекшая на себя недовольство США тесным сотрудничеством с Ираном, - Италия. Корпус стражей исламской революции покупал в Италии сотни суперкатеров для своих коммандос, грузовики для ракет и компоненты для создания ядерных объектов, благодаря филиалу Sepah Bank, зарегистрированному в Риме, на улице Барберини, в самом сердце Рима.

Последний эпизод имел место на Рождество 2006 года: когда ООН заморозила счета Shig, иранского предприятия, на котором собираются межконтинентальные ракеты, программа продолжала осуществляться при поддержке римского отделения банка Sepah через подставные фирмы.

На этот институт собрано обширное досье. Заместитель министра финансов США Стюарт Леви обвинил римское отделение Sepah Bank в финансировании секретных планов вооруженных сил: с 2000 года римский филиал играл ведущую роль в реализации контрактов с ракетными предприятиями. Вслед за ООН и США начал действовать и Bankitalia. В ходе инспекции в офисах на улице Барберини были вскрыты такие аномалии, что 30 марта этого года была назначена государственная комиссия. Однако о том, что же нашли инспекторы министерства национальной безопасности Италии, информация засекречена.

С той поры эмиссарам Тегерана стало намного труднее отыскивать необходимые материалы в Европе. Но обойти эмбарго - не проблема. Достаточно иметь фиктивную компанию в Дубае.

В ходе проверки выяснилось, что на счета некой синьоры, проживающей в одном из пригородов Удине, поступили свыше 100 тысяч евро из Ирана и Эмиратов. Эта аномалия привлекла внимание карабинеров Удине: женщина работает на предприятии Lup snc, где производятся высококачественные изделия из стали для таких важных клиентов, как Enel и Danieli. Ее объяснения вызвали еще большие подозрения: "Я сделала одолжению одному иранцу, с которым познакомилась на ярмарке в Германии. Он хотел сделать инвестиции в Италии и попросил меня об одолжении - разрешить ему пересылать деньги на мой счет".

Финансисты ей не поверили. В отношении нее и трех сообщников-управленцев из Lup было начато расследование в связи с нарушением закона об отмывании денег. Один из следователей говорит: "Это аномальные источники поступления денег, совершенные операции, как кажется, предпринимались с тем, чтобы утаить то, что за ними скрывается". Теперь следователи пытаются выйти на банки, имеющие отношение к этим транзакциям, чтобы выяснить, какая иранская компания имела коммерческие связи с Lup: это единственный путь, благодаря которому можно узнать, какая продукция могла переправляться в Иран. Контейнеры с грузом уже давно отправлены получателю, теперь практически невозможно установить, находились ли в них запрещенные к вывозу в Иран материалы или нет.

Больше ясности в расследовании по делу GFM Group из Бергамо: эта компания специализируется на производстве специальных металлов и компонентов для электростанций, продукция компании поставляется в том числе и Ansaldo. В апреле этого года у итальянских таможенников вызвал подозрение груз, состоявший из труб, длиной больше метра, необычной формы: в документах они проходили как "металлоконструкции". GFM приобрела их у Metal Wreck Engineering из Баара (Швейцария). Это выглядело очень странным, поскольку несколькими днями ранее через эту же таможню прошел идентичный груз, но он шел из Италии в Швейцарию: экспортировала эту партию груза Green Power Technology из Потенцы, получателем была некая Global International Service.

Когда таможня приступила к первым разбирательствам, непонятных моментов стало намного больше. Одна из компаний оказалась несуществующей, другие были связаны необычными отношениями, но самое главное, товар оказался не простыми металлоконструкциями. Совсем наоборот. "Это суперсплав, на 50% состоящий из никеля, на 20% из хрома и других материалов, таких, как кобальт и магний", - сообщила химик Отелло из таможенной лаборатории Венеции, проводившая анализ. Этот сплав выносит высочайшее давление и высочайшие температуры, ему не страшны крайне едкие жидкости. Он используется для турбин тепловых электростанций, но и в аэрокосмической, ракетной и ядерной областях. "Такие сплавы относятся к категории материалов двойного использования", - уточнила эксперт.

Прокуратура Потсдама: контрабанда шла через "Атомстройэкспорт"

Представитель прокуратуры Потсдама господин Ланге подтвердил газете "Избранное" факт расследования деятельности берлинской фирмы Vero Handels GmbH по поставкам оборудования для ядерных установок в Иране. Эта фирма больше не существует, а её владелец Золотарев сейчас проживает в Москве. По данным потсдамской прокуратуры, у него, по крайней мере, два гражданства - России и Германии.

Схема производства и поставки оборудования в Иран была такова: Vero Handels GmbH размещала заказы среди немецких фирм, которые затем поставляли заказанные изделия в Москву, оттуда уже шли поставки в Иран, конкретно в Бушер. На данный момент известно, что в этом участвовало 10-12 немецких фирм.

По словам Ланге, у следствия есть доказательства, что поставки из Германии осуществлялись для "Атомстройэкспорта". Известно, что именно это предприятие заключило контракт с Ираном. С самим Золотаревым прокуратура Потсдама не общается. Следствие работает с его немецким адвокатом.

Подозреваемыми по этому делу проходят исключительно граждане Германии - руководители вышеупомянутых фирм. Следствие считает, что они сознательно нарушали запрет на поставку оборудования для ядерных объектов в Иране и пользовались Vero Handels GmbH для обхода этого запрета, рассказал Ланге. Трое из них уже осуждены, в отношении остальных следствие продолжается.

Российская прокуратура пока отказывает в содействии немецкому следствию, "хотя это было бы очень полезно". "Мы обращались за помощью в российскую прокуратуру, но пока безрезультатно", - говорит представитель прокуратуры Потсдама. На данный момент идет сотрудничество "по линии таможни". На вопрос, когда ожидать завершения следствия, Ланге сообщил: "Это зависит от многих факторов, и, в первую очередь, от поведения обвиняемых. Признают ли они свою вину и пойдут ли на сотрудничество со следствием. Сейчас лишь можно сказать, что следствие может завершиться не ранее начала следующего года".