"Я ехал служить, а не беспределом заниматься", - подчеркнул Хрипун, ставший уже третьим по счету российским дезертиром, сбежавшим в Грузию
imedi.ge

Прапорщик ФСБ РФ Виталий Хрипун, перешедший на днях из Южной Осетии на сторону Грузии и попросивший там политубежище, рассказал о причинах принятого им решения в интервью грузинскому порталу Клуб экспертов. По его словам, он отправился службу по контракту в Южную Осетию, поверив в хорошую зарплату и перспективы карьерного роста, защищая при этом "правое дело". Однако на деле все оказалось совсем не так.

"Нас заставляли издеваться над местными, оскорблять, деньги вымогать. Не давать им передвигаться. Если что-то везут - продукты или дрова - то должны платить за провоз. Этого начальство требовало, - рассказал Хрипун. - Нам говорили, чтобы местных в черном теле держали, без послаблений. А если кто-то будет возмущаться, то сразу применять силу, в случае необходимости - стрелять на поражение. Никакого закона, и протестовать нельзя. Когда я высказался против, то мне пригрозили расправой. Сказали: сиди тихо и делай что велят, не то - у нас много лишних патронов..."

"Я ехал служить, а не беспределом заниматься", - подчеркнул Хрипун, ставший уже третьим по счету российским дезертиром, сбежавшим в Грузию.

- По факту третьего за год побега российского солдата в Грузию в России завели уголовное дело
- Грузия не выдаст Хрипуна российской стороне

По его словам, по контракту он должен был отслужить в Южной Осетии два года, потом получал право просить о переводе в другое место. "Зарплату дали хорошую - больше тысячи долларов. Говорили, что пойду на повышение, хорошие перспективы обещали".

"Когда произошла война в Южной Осетии, то по телевизору говорили, что это нападение на Россию, что Россия защищает маленький осетинский народ, и я решил, что должен поехать туда, чтобы защищать правое дело. К тому же была информация, что за службу в горячей точке хорошо платят, и меня привлекала возможность сделать карьеру. Посоветовался со своим дядей, полковником ФСБ Игорем Гришенко, и он помог устроиться на специальные курсы. Нас готовили и проверяли четыре месяца, потом получил назначение. Стал прапорщиком, инструктором разведывательно-поисковых групп", - рассказал Хрипун.

Он рассказал, что 6 декабря приехал в Цхинвали, оттуда его направили в Синагури. "В этом селе мы жили, а служили на заставе в Переви. Когда я ехал, то не знал, что это - территория Грузии. Думал, что буду защищать Южную Осетию и Россию", - отметил он. Разобраться в ситуации помогли, по его словам, местные жители. "Там вокруг смешанное население - есть и грузины, и осетины. От них узнал, что мы находимся в Грузии, что вся Южная Осетия - это тоже Грузия. Я был удивлен, когда услышал это не только от грузин, но и от осетин", - говорит Хрипун.

"Вообще, совсем не ожидал увидеть там ту ситуацию, с которой столкнулся. Чувствуется плохое отношение к нам, к русским солдатам. Особенно со стороны осетин, потому что они ощущают себя хозяевами и, в отличие от грузин, у них оружия много. Грузины могут и накормить, если что, а осетин приходится больше опасаться. Хотя не любят нас ни те, ни другие. Никому нельзя доверять. Все время в состоянии боеготовности. Ребята постоянно напряжены, часто срываются. Там никто не хочет служить. Все думают, как бы уехать", - сказал перебежчик.

"Когда у вас (в Кутаиси) памятник взорвали, наши офицеры сильно обозлились и потребовали ужесточить отношение к населению. Это для меня стало последней каплей. Я долго размышлял и решил, что самое правильное будет - уйти. Ночью ушел с заставы, пошел в сторону грузинского поста и сдался", - сообщил бывший российский пограничник.

"У нас рассказывали, что в Грузии есть порядок. Слышал, что двое солдат, которые ушли до меня, нормально устроились. Я тоже хочу жить в стране, где нет коррупции, где законы соблюдают. В Тбилиси мне объяснили мои права и я обратился за политическим убежищем. Этот вопрос решается вместе с ООН. Надеюсь, что меня не выдадут России. Там для меня все кончено - и с карьерой, и со всем. Если попаду в их руки - житья не дадут. Может, когда-нибудь смогу вернуться, но не сейчас. Здесь мне обещали давать пособие и помочь с работой. У меня техническое образование и работать умею, так что заработать себе на жизнь смогу", - заключил Хрипун.

Грузия не выдаст Хрипуна российской стороне

Прапорщик пограничных войск Виталий Хрипун, попросивший политического убежища в Грузии, не будет выдан российской стороне и имеет шанс остаться на постоянное жительство в Грузии. Об этом "Радио Свобода" сообщили в министерстве юстиции Грузии.

Согласно сообщению грузинского министерства по делам беженцев и расселению, c 25-летним российским пограничником Виталием Хрипуном, который попросил в Грузии политубежища, уже встретились представители офиса верховного комиссара ООН по делам беженцев. Они однозначно подтвердили, что прапорщик Хрипун, служивший по контракту в погранвойсках ФСБ на территории ЮО, добровольно принял решение оставить свой пост. Более того, представители верховного комиссара ООН потребовали от грузинских властей в ближайшее время рассмотреть и удовлетворить просьбу Хрипуна в соответствии с международной конвенцией, отмечает радиостанция.

В Минюсте Грузии "Радио Свобода" сообщили, что даже если из Генеральной прокуратуры России поступит обращение об экстрадиции Хрипуна, оно вряд ли будет удовлетворено. Если, конечно, Хрипун не обвиняется в совершении тяжких уголовных преступлений, а не только в дезертирстве и хищении оружия, в чем его уже официально обвинили правоохранительные органы России.

Судя по всему, просьба о предоставлении политического убежища Виталию Хрипуну будет удовлетворена так же, как и в случае с его предшественниками - сержантом российской армии Александром Глуховым и рядовым Дмитрием Артемьевым. Они обосновались в Тбилиси, живут в квартире, которую для них сняло министерство по делам беженцев, и возвращаться в Россию пока не планируют. "Первопроходец" - бывший сержант Александр Глухов, сбежавший из Южной Осетии еще в январе текущего года, - неофициально даже обзавелся семьей. Его подруга - девушка-грузинка, сбежавшая из Южной Осетии во время пятидневной войны, заключает РС.

Отметим, имел место и зеркальный случай: в середине июня лейтенант грузинской армии Алик Бжания в эфире радиостанции "Эхо Москвы" попросил политического убежища в России. Он объяснил свое решение несогласием с курсом грузинского президента Михаила Саакашвили. В Тбилиси это обращение Бжания назвали "очень дешевой провокацией" Москвы.