Новые факты в деле о гибели принцессы Дианы и Доди: за несколько минут до гибели они пересели в другую машину
Архив NEWSru.com

Новые вопросы поставили рассекреченные во вторник секретариатом кабинета министров официальные документы, относящиеся к обстоятельствам гибели в Париже в 1997 году принцессы Дианы. Гриф конфиденциальности был снят с них в рамках проводящегося сейчас в Великобритании нового расследования этих трагических событий и в соответствии с законом о свободе информации. Часть этих документов представляла собой официальную переписку после трагических событий, пишет издание Independent, перевод статьи которого публикует Inopressa.

Теории заговоров вокруг смерти Дианы зазвучали с новой силой после того, как выяснилось, что автомобиль, на котором она первоначально должна была ехать, не смог тронуться с места. Тогда 36-летняя Диана и ее 42-летний любовник Доди Аль-Файед вынуждены были пересесть в Mercedes, за рулем которого был Анри Поль. Итак, последнюю минуту машину поменяли. Потом все трое погибли в результате аварии в парижском туннеле.

По данным английской газеты, через несколько часов после гибели принцессы 31 августа 1997 года премьер-министр получил служебную записку, в которой впервые появилось предположение, что машина, в которой она первоначально должна была поехать, сломалась.

В этом документе, автор которого не раскрывается, говорилось: "Принцесса и Доди Аль-Файед прибыли в отель "Ритц" в Париже вчера во второй половине дня. Когда они поздно вечером покидали отель, их окружила толпа журналистов. Они попытались уехать как можно скорее, но первая машина не завелась. Потом вторая машина отъехала от отеля на высокой скорости".

Второй документ, обнародованный во вторник, подтверждает сообщения о поломке машины. Письмо за подписью "Джей" было в тот же день отправлено из Парижа министру иностранных дел Робину Куку, находившемуся в Сингапуре. Послом Великобритании во Франции в то время был сэр Майкл Джей. В письме говорится: "Машина, на которой они хотели скрыться, не завелась, они сели в другую машину, стоявшую неподалеку, водителем за рулем которой был шофер отеля".

Однако в третьем документе, также ставшем достоянием гласности во вторник, появляются противоречивые данные. Этот документ, отправленный сэром Майклом Джеем в министерство иностранных дел 23 сентября, гласит, что пара пересела в другую машину, чтобы оторваться от папарацци, запутав их.

В том же документе рассказывается, что Мохамед Аль-Файед, владелец Harrods и отец Доди, попросил британского патологоанатома проверить результаты экспертизы, показавшей высокий уровень алкоголя в образцах крови Анри Поля, бывшего за рулем Mercedes. Результаты третьего теста подтвердили, что в крови водителя действительно содержался алкоголь, а также показали, что он принимал антидепрессанты.

В обильной переписке между Парижем и Лондоном после гибели леди Ди также поднимались вопросы о значении происшедшего для дипломатических отношений. В частности, там говорилось о назначении старшего офицеру британской полиции на должность координатора работы британских и французских следователей - беспокойство было вызвано вероятностью предположений в прессе, что Великобритания не доверяет французскому следствию, пишет Independent.

Нация оплакивала смерть Дианы, а Уайтхолл шутил по поводу стоимости траурной церемонии

Высокопоставленные представители британского правительства всего через несколько дней после смерти принцессы Дианы шутили по поводу стоимости похорон. Об этом стало известно из конфиденциальных правительственных документов, с которых во вторник был снят гриф конфиденциальности.

Как сообщает британское издание The Times, даже в момент, когда в Кенсингтонском дворце проходила беспрецедентная траурная церемония, когда десятки тысяч людей стояли в очереди, чтобы отдать дань памяти леди Диане, основной заботой Уайтхолла, как видно из бумаг, обнародованных согласно закону о свободе информации, была стоимость этого полугосударственного мероприятия. (Перевод на сайте Inopressa.ru.)

Четвертого сентября 1997 года, через четыре дня после смерти принцессы Дианы, неназванный представитель правительства, предположительно с Даунинг-стрит, написал в служебной записке, что Хэйден Филлипс, постоянный глава министерства культуры, средств массовой информации и спорта, поблагодарил министерство финансов за оказанную поддержку, но отметил, что "счет, пока составляющий 3 миллиона фунтов, растет".

Автор докладной записки, чье имя было вымарано, прежде чем документ предъявили широкой публике, добавил, если счет вырастет еще, "может потребоваться консультация, но до тех пор он (Филлипс) должен исходить из того, что он имеет здесь поддержку".

Далее автор записки добавляет: "Я предполагаю, что окончательной суммой будет что-нибудь около 5 миллионов, - меньше стоимости палубы королевской яхты "Британия", обслуживание которой обходилось в 9 миллионов в год".

Между тем, у стен Кенсингтонского дворца выросла гора цветов, и Филлипс написал об этом письмо на трех страницах лорду-камергеру Букингемского дворца. "Какое бы решение ни было принято, надо будет осуществить это с максимальной тактичностью и осторожностью. Мы предполагаем, что к следующей неделе количество цветочных возложений может вырасти до миллиона, и для каждого человека, который принесет цветы, это будет важным личным жестом". Цветы, которые начали увядать, разнесли по больницам и домам престарелых, отмечает британская газета.

К 5 сентября правительство Великобритании окончательно осознало, что смерть принцессы Дианы вызвала мощный эмоциональный отклик общественности Великобритании.

Документ на 60 страницах демонстрирует, что не прошло даже суток с момента гибели принцессы Дианы, а Букингемский дворец уже решил, что ее похороны не будут государственной церемонией.

Однако пока королевская семья обсуждала протокол траурной церемонии по погибшей принцессе, которая лишилась приставки "Ее Королевское Высочество" после развода, правительство намеревалось устроить из похорон событие национального масштаба.

Идея разместить по всей стране гигантские телевизионные экраны, на которых транслировалась бы траурная церемония, зародилась в Лейбористской партии, а не в Букингемском дворце, отмечает The Times.