В рядах грузинской оппозиции наметился раскол: от дальнейшего участия в митингах отказался бывший премьер-министр Грузии Зураб Ногаидели и возглавляемая им партия "За справедливую Грузию"
Reuters

В рядах грузинской оппозиции наметился раскол: от дальнейшего участия в митингах отказался бывший премьер-министр Грузии Зураб Ногаидели и возглавляемая им партия "За справедливую Грузию", сообщает ИТАР-ТАСС. Тем временем Михаил Саакашвили продолжает искать поддержки у своих "западных друзей", отсрочивших на время манифестаций межправительственные и деловые контакты с Грузией.

"9 апреля я и мои соратники провели в Батуми многотысячную акцию с требованиями отставки Саакашвили, в тот же день в Тбилиси состоялся грандиозный митинг оппозиции, все это стало очень большим событием в жизни Грузии и серьезным шагом на пути смены власти, но сейчас я и моя партия приняли решение отмежеваться от акций оппозиции и не участвовать в митингах", - заявил политик в интервью тбилисской газете "Версия". При этом Ногаидели не объяснил причины своего решения, отметив, что "обо всем расскажет после завершения событий, начавшихся 9 апреля".

- Саакашвили: "Где теперь мои западные друзья?"
- Неизвестные устроили погром в лагере грузинской оппозиции

Сама газета "Версия" со ссылкой на источники в оппозиции сообщает, что причиной принятия такого решения стало то, что лидеры некоторых партий "были против участия Ногаидели в митингах оппозиции в Тбилиси". По данным издания, "эти оппозиционеры предъявили организаторам митингов в Тбилиси ультиматум - если Ногаидели примет участие в акциях, то они покинут митинг в знак протеста"

Между тем оппозиция уже не скрывает, что состоит из трех не слишком органично сочетающихся частей, отмечает "Газета GZT.ru". Одна - умеренная во главе с лидером "Альянса за Грузию" Ираклием Аласанией (он с самого начала давал понять, что отнюдь не считает 9 апреля армагеддоном). Выступая в выходные на митинге, Аласания заявил о готовности вступить в переговоры с властями. Толпа, и без того несколько разочарованная неспешным развитием событий, ответила на эти слова недовольным гулом.

Да и лидера объединенной оппозиции Левана Гачечиладзе устраивает любое развитие событий. Выступив на митинге после Аласании, Гачечиладзе также признал необходимость диалога: "Мы не сумасшедшие, сумасшедший у нас в стране только один. А мы знаем, что за нами Грузия, и не должны отказываться от диалога с властью", бросил оппозиционер возмущенной толпе. И только экс-премьер Грузии Нино Бурджанадзе, вынужденная компенсировать слишком долгое сотрудничество с Саакашвили предельным радикализмом, переговорное намерение двух своих заклятых союзников восприняла как неприкрытый вызов и намек на грядущую изоляцию даже в рамках оппозиции.

Саакашвили: "Где теперь мои западные друзья?"

Тем временем Михаил Саакашвили продолжает искать поддержки у своих "западных друзей", отсрочивших на время манифестаций межправительственные и деловые контакты с Грузией. "Разве мы отказываемся ездить в Париж или Страсбург, когда у них уличные протесты?" - возмутился президент Грузии.

Как рассказал Саакашвили в интервью журналу Newsweek, в демонстрациях в Тбилиси участвуют в основном люди, которые были уволены в ходе антикоррупционных реформ, а также родственники осужденных за взятки и другие преступления. Оппозиция спонсируется преимущественно российскими олигархами, утверждает грузинский лидер, сославшись на некие документы, которые, по его словам, он пока не хочет обнародовать. "Мне неизвестно лишь одно - присылаются ли эти деньги из России по указаниям российского правительства", - признался президент.

Саакашвили полагает, что многие западные политики считают его олицетворением тупика в отношениях с Россией, одновременно подчеркнув, что находится в прекрасных отношениях с Джоном Маккейном, Хиллари Клинтон, Джо Байденом и Ричардом Холбруком.

Одновременно он подчеркнул, что не хочет компромисса с Россией, которая, по его словам, не разделяет ценностей Грузии. "Мы будем решать вопрос с демонстрациями таким образом, как будто российского вопроса не существует, а с Россией обходиться так, как будто никаких демонстраций нет", - резюмировал президент.