Польские военные следователи, устанавливающие обстоятельства катастрофы  президентского самолета под Смоленском 10 апреля, вернулись к версии  о возможной ошибке русского диспетчера
RTV International

Польские военные следователи, устанавливающие обстоятельства катастрофы президентского самолета под Смоленском 10 апреля, вернулись к версии о возможной ошибке русского диспетчера. По их мнению, он мог передать экипажу ошибочные данные о его курсе из-за неправильно работавшего на военном аэродроме радара. Теперь следователи намерены официально запросить у российской стороны оригиналы записей, свидетельствующих о работе прибора, пишет в понедельник Dziennik Gazeta Prawna, ссылаясь на источник в следственных органах.

Издание отмечает, что за 25 секунд до катастрофы диспетчер подтвердил экипажу, что они находятся на правильной траектории посадки, в то время как в действительности самолет находился значительно ниже курса. "Расчеты свидетельствуют, что Ту-154 отклонился от курса так сильно, что правильно действующий радар должен был это зафиксировать", - цитирует издание NEWSru.ua.

Cогласно стенограмме переговоров в кабине пилотов, последнее подтверждение диспетчером правильности курса зарегистрировано всего за 25 секунд до крушения. Конкретно: в 10 часов 40 минут 38 секунд диспетчер смоленского аэродрома говорит: "2 (км от ВПП) на курсе, на глиссаде". В это время Ту-154 был на высоте 110 м, а в соответствии с глиссадой должен быть чуть ниже 140 м.

- МАК заявляет, что радар исправен
- Российский эксперт: польский экипаж ориентировался по своим приборам
- Москва передала Варшаве фальшивые записи "черных ящиков", утверждает польский эксперт
- Польские СМИ находят все больше загадок и вопросов

Спустя 14 секунд диспетчер дает новую команду "горизонт", после которой пилот должен был немедленно прекратить снижение и уходить на второй круг. Однако вертикальная скорость снижения президентского борта была 8 м/с - в три раза больше обычной (2,5 м/с) и вдвое больше максимально допустимой (около 4 м/с). В этот момент штурман назвал высоту 50 м и спустя две секунды - 40 м, тогда как по курсу самолет должен был быть гораздо выше - на высоте 80 м.

"Мы должны выяснить, на какой высоте на самом деле находился самолет, когда диспетчер сказал "2 на курсе, на глиссаде". Есть предположение, что это были не 100 м, поскольку после этого самолет смог пролететь еще около 900 м", - заявили в военной прокуратуре.

Если бы диспетчер видел действительное положение лайнера, то команду "горизонт" экипаж получил бы в момент, "когда был реальный шанс уйти от столкновения", приводит газета слова одного из участников польской комиссии.

"Наши расчеты свидетельствуют, что Ту-154 отклонился на такую высоту, которая должна была быть зарегистрирована радиолокационным радаром", - говорит собеседник газеты в военной прокуратуре Польши. Польские источники отмечают, что в случае правильной команды за 2 километра до аэродрома экипаж имел все шансы избежать катастрофы.

Ранее польские эксперты высказали предположение, что пилоты ориентировались по радиовысотомеру, который используют обычно на равнинной местности, а должны были использовать барометрический альтиметр, который указывает атмосферное давление на различных высотах. Они также высказали предположение, что диспетчер и пилот пользовались различными измерителями высоты, передает Infox.ru.

МАК: все оборудование аэродрома пригодно для посадки

В середине мая базирующийся в Москве Межгосударственный авиационный комитет (МАК) выступил с отчетом о промежуточных результатах расследования. В частности, было заявлено, что 16 марта на аэродроме Смоленска специальная комиссия российских специалистов выполнила технический рейс с целью определения готовности аэродрома к приему самолетов Ту-154 и Ту-134. "По результатам работ был сделан общий вывод, что аэродром пригоден к приему указанных типов воздушных судов с учетом ряда рекомендаций, в том числе при надлежащем состоянии радиотехнического и светосигнального оборудования", - заявили в авиакомитете.

25 марта была проведена летная проверка всех средств и систем аэродрома. "Параметры и точностные характеристики посадочного радиолокатора, дальней и ближней приводных радиостанций с маркерами, светосигнального оборудования и радиостанций соответствуют требованиям государственной авиации России и пригодны для обеспечения полетов", - заявила руководитель МАК Татьяна Анодина, добавив, что средств для выполнения автоматического или директорного захода на посадку аэродром "Северный" не имеет.

5 апреля был утвержден акт технического осмотра аэродрома "Северный" к приему специальных рейсов. Общий вывод: аэродром готов к приему специальных рейсов при минимально располагающих погодных условиях.

Российский эксперт: польский экипаж ориентировался по своим приборам

Как объяснил Infox.ru руководитель профсоюза авиадиспетчеров России Сергей Ковалев, "пилот спускался по самолетным приборам, а не по указаниям диспетчера". "Если погрешность на радаре и была, то экипаж все равно совершает посадку по своим приборам. По результатам расследования видно, что самолет снизился преждевременно, при этом экипаж игнорировал предупреждения системы об опасности столкновения с землей. То, что они промахнулись, легко объяснимо. Это обычная психология человека: если местами сквозь туман видна земля, то срабатывает стереотип: где-нибудь найдем. Ну и нашли", - сказал он.

Сергей Ковалев еще раз подчеркнул, что диспетчеры не могут запрещать пилотам заходить на посадку. "Диспетчер дает информацию о погодных метеоусловиях, а принимает решение о посадке только командир воздушного судна. Диспетчер только может дать команду "горизонт", чтобы самолет не врезался в землю. На второй круг наземные службы могут отправить самолет только в случае ЧП на полосе", - отметил руководитель профсоюза авиадиспетчеров. Он также подчеркнул, что решения о посадке в кабине не прозвучало, команды "садимся" в записях переговоров нет.

Напомним, МАК передал Польше записи "черных ящиков" президентского Ту-154 - речевого и параметрического самописцев. Однако стенограмма звукового регистратора была восстановлена только на 75%, около четверти разговоров идентифицировать не удалось. Теперь польские эксперты надеются на данные параметрического самописца.