Агент ФБР Роберт Ханссен был арестован почти год назад по обвинению в сотрудничестве с российской разведкой
Архив NTVRU.com

Агент ФБР Роберт Ханссен, который был арестован почти год назад по обвинению в сотрудничестве с российской разведкой, был очень одиноким человеком, у которого не складывались отношения ни с родными, ни с коллегами. Поэтому он был счастлив, когда наконец нашел кого-то, относившегося к нему по-доброму и оценившего его: "хороших ребят из КГБ".

Об этом пишет в воскресенье в The Washington Post обозреватель газеты по делам ФБР Дэвид Вайз. Он издал большое исследование о Ханссене, многие факты в котором упоминаются впервые и, как считает журналист, помогают понять, почему высокопоставленный агент решил предать Америку.

Первые события, которые привели Роберта Ханссена к этому, по мнению Вайза, произошли еще в детстве будущего шпиона. Он родился в Чикаго в семье полицейского и уже с ранних лет "был одиночкой". По словам его матери Вивиан, он был слишком тихим для мальчиком и каждый раз, когда что-то расстраивало его, убегал к себе в комнату √ чтобы найти утешение в книгах.

Отец Ханссена Говард хотел, чтобы его сын жил лучше, чем он сам, - поступил в институт и стал доктором. Однако, воспитывая мальчика, он не подбадривал его, а все время критиковал и ругал, и в конечном счете тот стал чувствовать себя жертвой отцовских издевательств.

По крайней мере дважды, как вспоминают родные Ханнсена, Говард жестоко наказывал его и физически √ как он считал, "чтобы сын вырос мужчиной". В первый раз, когда Роберту было 6 или 7 лет, отец завернул его в одеяло и стал раскручивать мальчика до тех, пора того не стошнило. В другой раз Говард схватил сына за лодыжку и стал растягивать ему сухожилие, так что Роберт Ханссен описался. После этой пытки он чувствовал себя "беспомощным и униженным", пишет The Washington Post.

Позже, когда Роберт Ханссен подрос и решил сдать на водительские права, отец подкупил экзаменаторов, чтобы те завалили его сына, поскольку считал, что тот "еще слишком молокосос". Как вспоминает мать Ханссена, когда Роберт узнал об этом, его мир перевернулся. Из-за всего этого он рос тихим мальчиком, который никогда не спрашивал, почему с ним так обходятся и никогда не жаловался, а вместо этого тихо страдал. Он был серьезным и меланхоличным и любил книжки про тайны и про шпионов.

Возможно, из-за отношений в семье, Роберт Ханссен любил и рисковать, о чем он никогда не рассказывал родителям, √ настолько сильно, что это пугало его друзей. Например, получив все-таки водительские права, он стал ездить на своей машине так, как будто был гонщиком, проверяя, с какой максимальной скоростью можно пройти поворот. Так же было и в остальном: "если что-то приходило Бобу в голову, то выбить это оттуда уже было невозможно", - заявил Дэвиду Вайзу школьный друг Ханссена.

В юности отец Роберта Ханссена снова вмешался в его судьбу, заставив отправиться на подготовительные курсы в медицинский факультет. Тогда Ханссен впервые стал изучать русский язык, который входил в программу курсов. Там же во время практики в одной из психиатрических клиник он познакомился со своей женой Бонни Вок, которая также училась в медицинском институте и работала в больнице медсестрой. По словам ее отца, Роберт очаровал ее тем, что очень хорошо мог управляться с пациентами.

Тем не менее он по-прежнему не хотел быть врачом, и это заметили, отговорив его поступать в медицинский институт. Вместо этого он пошел учиться на стоматолога, но не закончил и этот институт, чем вызвал ярость отца. К тому моменту он уже был женат, хотя отец считал и это плохой мыслью, и даже спросил у Бонни перед свадьбой: "Зачем ты выходишь за этого парня?"

Спустя несколько дней после женитьбы, выяснилось, что отец в чем-то был прав: Бонни позвонила старая подружка Роберта и сказала, что "она и Боб только что занимались сексом", и именно она √ его настоящая любовь. Но Бонни, как пишет The Washington Post, была преданной католичкой и не стала разводиться с мужем, который вымолил у нее прощение.

В конце 1960-х Роберт Ханссен перевелся на экономический факультет, закончил его и поступил работать в Отдел внутренних расследований полиции Чикаго √ департамент, который остальные полицейские не очень любят, но Ханссену там нравилось. После этого его позвали в ФБР, и он перешел туда, но, как рассказывают его друзья, не "чтобы тратить свою жизнь, гоняясь за неплательщиками налогов, а для серьезной охоты √ за русскими". Ханссен считал их мастерами разведками и восхищался ими, и ему представился шанс √ его перевели в отдел контрразведки, следивший за советскими дипломатами и разведчиками.

Там вскоре он сделал важное открытие: советские разведчики проводят многие операции по выходным, когда агенты ФБР обычно не работают. В один из выходных Ханссен решил провести спецоперацию и поймать сразу нескольких советских агентов с поличным. Но почти половина из сотрудников ФБР, кого он думал привлечь к этой операции, заявили, что не хотят работать в выходные, и Роберту Ханссену ничего не удалось.

Как пишет The Washington Post, именно тогда агент ФБР и стал задумываться о сотрудничестве с врагом. Он разочаровался в Бюро, как в свое время разочаровался в своем отце, и стал чувствовать себя чужим. Кроме того, Ханссен почти ни с кем не сдружился, и когда коллеги шли пить пиво, никто из них не задумывал о том, чтобы позвать его. Он считал, что ФБР не ценит его, в то время как дает дорогу "крутым парням", хотя, когда нужно было выполнить какое-то сложное дело, связанное с интеллектуальными изысканиями, то задействуют именно таких людей, как он.

Отношения в семье также не улучшались, и когда однажды в начале 1980-х жена застала Роберта пишущим какое-то письмо, то она подумала, что это письмо любовнице. Но выяснилось, что Ханссен составлял новое донесение для КГБ, на который он работал уже несколько лет. Бонни убедила его покаяться в церкви, а священник, исповедовавший шпиона, отпустил ему грехи с условием, что тот пожертвует все деньги, полученные от СССР, и больше не будет предавать свою страну. Ханссен пожертвовал деньги и этим убедил свою жену, но продолжил работать на советскую разведку.

Это давало ему возможность наконец чувствовать себя нужным человеком: инструкции для него составляло лично высшее советское руководство. По мнению экспертов, в Москве, читая письма Ханссена поняли, что ему не хватает друзей и его душевную пустоту надо заполнить. Агенты советской разведки старались создать для своего ценного агента максимально теплую атмосферу, так, чтобы он считал их своими друзьями. И в конечном счете он стал думать, что люди КГБ √ это не только его надежные партнеры, но и те, кому он может доверится.

Коллеги по ФБР в это же время не относились к Ханссену так хорошо: он казался им неудачником, который бесцельно слоняется вокруг, все время одет в мрачные цвета, разговаривает тихо с вымученной улыбкой на лице. Тем не менее, когда против агента появились подозрения, которые сообщил родственник жены Роберта Ханссена Марк Вок, также работавший в ФБР, их оставили без внимания.

Сама же жена Ханссена с годами стала очень религиозным и мнительным человеком, и Роберт, как рассказывают родственники и друзья, старался развить в ней тенденцию к недоверчивости и подозрительности. Например, он рассказывал ей, что в 1992 году Билл Клинтон победил за счет украденного из России золота. В другом случае он составил для жены карту бомбоубежищ, где можно было спрятаться в случае начала ядерной войны. Вместе с Бонни он вступил в Opus Dei √ одну из самых консервативных католических организаций.

К концу 1990-х против Роберта Ханссена все-таки началось расследование, и в прошлом феврале его арестовали, когда он закладывал тайник для российского агента. Ханссен признался во всем в обмен на обещание властей США не требовать на процессе против него смертной казни.

Как пишет The Washington Post, когда Роберта Ханссена арестовывали, он спросил у агентов спецслужб: "Почему вам понадобилось столько времени для этого?".