Молодые оппозиционеры в Бурятии сопротивляются засилью русских. Их иконами стали монгольский правитель Чингисхан, объединивший 800 лет назад племена этого региона и бывший олигарх, председатель совета директоров нефтяного концерна ЮКОС Михаил Ходорковский
RTV International

Молодые оппозиционеры в Бурятии сопротивляются засилью русских. Их иконами стали монгольский правитель Чингисхан, объединивший 800 лет назад племена этого региона и бывший олигарх, председатель совета директоров нефтяного концерна ЮКОС Михаил Ходорковский.

Много лет считалось, что говорить на собственном языке в Бурятии несовременно. Без русского языка, лучше свободного, без акцента, подъем по социальной лестнице в республике к востоку от Байкала также невообразим. Однако после распада Советского Союза сознание доросло до собственной культуры, пишет Der Berliner Zeitung. (Полный текст на сайте InoPressa.ru).

Обрели популярность языковые курсы, стрельба из лука и традиционные танцы. Буддизм, укоренившийся здесь столетия назад, переживает новый расцвет. Повсюду возникают новые буддийские монастыри, в которых живет много молодых монахов.

Часто звучит имя Чингисхана, легендарного правителя, который 800 лет назад объединил племена этого региона. Он образец и герой молодых бурятов, которые ориентируются не на Москву, удаленную на 6000 км, а на родственную монгольскую культуру. Они свободолюбивы, соблюдают верность традициям и патриотически настроены.

Однако уходящий президент Владимир Путин за время своего правления сильно ограничил автономию регионов. С тех пор сопротивление автократической кремлевской политике растет.

Ходорковский финансировал школу, в которой преподавали демократию

Сердце оппозиционного движения в Бурятии находится в офисе демократической партии "Яблоко" - это место встречи не только партийцев, но еще и многих горожан, критически относящихся к власти. Политическая культура в Улан-Удэ с его 400-тысячным населением совсем другая, чем в Москве, объясняет активист движения "Гражданский фронт" Сергей Дамбаев.

"Там другие активисты, нежели здесь. У нас нет никаких русских националистических движений вроде национал-большевиков. Мы, оппозиционеры, в основном буряты, мы знакомы друг с другом и плотно сотрудничаем", - говорит Дамбаев.

Оппозиция в Улан-Удэ хорошо организована, и на это есть своя причина. Почти все те, кому от 30 до 35 и кто не лишен политической активности, принимали участие в семинарах фонда "Открытая Россия". В 2003 году все они ходили в публичную школу. Там молодых людей со всей России учили, что такое демократическое сосуществование. Финансировал школу Михаил Ходорковский,.

Уже два года он сидит в тюрьме в сибирском Краснокаменске, осужденный за мошенничество и уклонение от уплаты налогов судом, который, как считается, был организован Кремлем. ЮКОС перешел в государственную собственность, а фонд – уничтожен.

Для Сергея Дамбаева, который год проработал в публичной школе, бывший олигарх все еще является образцом. "Ходорковский мечтал о настоящем разделении властей. Он хотел укрепить парламент и ослабить позиции президента, ведь президент в России правит как царь". Школа, продолжает он, являлась дискуссионным форумом, где встречались самые разнообразные политические силы.

Доржо Дугаров тоже ходил в политическую школу Ходорковского. 28-летний Доржо помогает главе здешнего отделения "Яблока" и одновременно является местным координатором общероссийского молодежного движения "Оборона". Оборонять он собирается, прежде всего, бурятов.

Его сопротивление началось три года назад, когда давление из Москвы возросло. Он выступает против ликвидации автономных бурятских округов в прибайкальском регионе и организует демонстрации противников Кремля. Милицейские аресты и контроль со стороны ФСБ – это повседневная жизнь Доржо. "Мы раздавали в округах листовки. Материал попал в руки ФСБ. Они обвинили нас в том, что мы настраиваем людей против ликвидации округов, и это террористическая деятельность".

Прошлой весной у республики появился новый президент – Вячеслав Наговицын. Путин призвал его в Улан-Удэ из далекого западносибирского Томска. Уже три года, как регионы больше не могут непосредственно выбирать себе руководителей, Кремль ужесточил свой контроль.