Ровно 20 лет назад, 19 августа 1991 года, группа консервативно настроенных представителей ЦК КПСС и советского руководства предприняла попытку отстранить от власти президента Михаила Горбачева
НТВ

Ровно 20 лет назад, 19 августа 1991 года, группа консервативно настроенных представителей ЦК КПСС и советского руководства предприняла попытку отстранить от власти президента Михаила Горбачева, сменить проводимый им курс перестройки и не допустить подписания Союзного договора, который должен был превратить СССР в конфедерацию суверенных государств.

По сути это была попытка не допустить развала СССР, но в результате путч и его организаторы - члены Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП) - невольно ускорили этот процесс, так что Советский Союз перестал существовать уже в декабре того же года, причем уничтожали страну уже другие люди, и, как сейчас считают многие, гораздо более варварским способом.

Огромное число россиян за эти 20 лет испытали разочарование - реформы демократов для них обернулись кошмаром, а в результате никакой демократии как не было, так и нет, страна опять уходит в глухой застой. И, напротив, со стороны оценивая те по всем признакам трагические события, на Западе говорят о "блистательной революции" и о том, что "России очень повезло, что у нее нашелся Ельцин". Именно такими фразами оперирует, в частности, The Washington Post.

Российская пресса в годовщину путча решила дать слово непосредственным участникам событий, оказавшимся по разные стороны баррикад. Они по-прежнему защищают каждый свою позицию, хотя и признают, что допустили кое-какие серьезные ошибки. "Московский комсомолец" печатает "перекрестное интервью" с членом ГКЧП, бывшим председателем Крестьянского союза СССР Василием Стародубцевым и сторонником Ельцина, бывшим председателем Верховного Совета РСФСР Русланом Хасбулатовым.

"Горбачев знал о планах путча и про свою болезнь придумал сам, решив просто выждать паузу"

Стародубцев, кстати, единственный из гэкачепистов, кто занимал крупный государственный пост после путча, теперь заявляет, что Горбачев не только заранее знал о попытке переворота, но и задумал и предпринял все, что было после того, как объявили чрезвычайное положение. Это полностью противоречит общепринятому мнению, что его просто заперли под охраной на крымской даче в Форосе, оградив от внешнего мира и объявив больным.

Как утверждает политик, ныне депутат Госдумы от КПРФ, 18 августа 1991 года, накануне выступления путчистов, их лидер, глава КГБ Владимир Крючков, говорил с Горбачевым, и тот сам сказал ему, что болен. В принципе же разговор шел о необходимости ввести ЧП.

"Все дальнейшее было задумано и предпринято самим Горбачевым. Он сказал, что неважно себя чувствует и чтобы мы вводили чрезвычайное положение без него. Так появился ГКЧП без Горбачева. По сути, он сказал: ребята, порулите, а я полежу на бережку, погреюсь. То есть никакого захвата власти не было. Она и так была у нас", - говорит Стародубцев.

"В ГКЧП вошло все руководство большой страны: вице-президент, председатель правительства, силовики. И объявили о том, что вводят чрезвычайное положение и берут на себя ответственность за наведение порядка. А у Горбачева был хитрый план. Он понимал, что не справляется с ситуацией, постоянно опаздывает. Он прекрасно понимал, что удержать страну от развала он не может. И не очень хочет. Пусть ребята порулят, попробуют, а в случае чего все на них можно будет свалить. Так и вышло. Как же, мы его заперли! Этот трус несчастный, предатель страны, сам заперся и не хотел вылезать", - клеймит его один из организаторов путча.

В оценке Горбачева как предателя с ним солидарен и соратник по ГКЧП Олег Бакланов, в то время бывший заместителем председателя Совета обороны. В интервью австрийской газете Die Presse он также предположил, что Горбачев, скорее всего, знал о готовившихся планах: "Он нам сказал, что у него нет связи - кроме того, находившиеся в тот момент на даче в Форосе 200 телохранителей без труда могли нас задержать. Сегодня я отдаю себе отчет в том, что поведение Горбачева всегда было двойственным".

Что стало бы со страной, если бы ГКЧП победил и если бы его вообще не было

Стародубцев также разубеждает, что СССР был потерян в результате "драки Горбачева с Ельциным". "К великому сожалению, это не так. Ельцин и Горбачев были единомышленниками в вопросах развала страны, уничтожения партии и государства. Они оба считали, что нужно подписать Союзный договор, в результате которого СССР сначала превращался в конфедерацию, а потом бы рассыпался", - говорит он.

"Это два отморозка, которые выросли в рядах нашей партии и предали ее. Им обоим было все равно, что творится с народом. Они только постоянно врали и обещали. А люди умирали с голоду, их хоронили в полиэтиленовых мешках, и все это называлось как бы демократией. Под флагом демократии раздавили тысячелетнюю империю, которую никто не мог победить, даже фашисты. Теперь мы уже никого не победим, мы даже Грузию не победим. ГКЧП лишь попытался остановить этих двоих, и если бы нас не было, они бы раздробили страну еще раньше", - убежден депутат-коммунист.

По его словам, победа ГКЧП не только сохранила бы страну, но и стала бы началом "нормальных реформ". "Не было бы всех этих ужасов в экономике, оборонном комплексе, не была бы разгромлена армия. А сейчас горят леса, тонут корабли, падают самолеты, и все это продолжается 20 лет", - указывает бывший путчист.

По убеждению Стародубцева, сейчас страна находится в еще более тяжелом положении, чем это было 20 лет назад, и если бы сегодня вновь возник ГКЧП, он бы к нему присоединился. Точно так же он поступил бы и вернувшись в 1991 год. Однако все нужно было сделать совершенно иначе, считает он.

"Не надо было гнать в Москву тяжелую технику. Нужно было кому-то из нас не отходить от телекамер, чтобы вести непрерывный прямой диалог с народом. Объяснять ему, в каком положении находится страна. Надо было растолковать простым людям, что так называемая оппозиция на самом деле уже перехватывала власть и вела страну к разгрому. Объяснить, что мы ее хотим остановить. Но мы плохо работали со СМИ. В результате мы были не поняты, оболганы и потерпели поражение".

Руслан Хасбулатов, который ныне возглавляет кафедру мировой экономики Российской академии им. Плеханова, с такой же твердостью защищает собственные позиции. "Конечно, я бы вновь выступил против ГКЧП, ну а как же иначе? Устранение союзного президента Горбачева - это была незаконная акция. Мы готовимся обсуждать и подписывать Союзный договор, и вдруг на тебе! После нескольких лет демократии, свободы кто-то объявляет чрезвычайное положение, комендантский час. Это их решение было преступным, необдуманным, плохо подготовленным. При всем уважении к их желанию сохранить Союз нельзя было так! Все хотели спасти Союз, и я хотел! И с годами укрепляюсь во мнении, что его можно и нужно было сохранить. Но не так же!" - негодует он.

Победа ГКЧП, по его словам, не привела бы ни к чему хорошему. "Если бы гэкачеписты утвердились - это все равно имело бы временный характер. Ухудшилась бы не только политическая ситуация. Еще более обострились бы и экономические проблемы. Они бы довели до того, что начались бы бунты. И не удержалось бы это правительство все равно", - уверен он.

"Если бы не ГКЧП, то я думаю, что с какими-то оговорками Союзный договор был бы подписан. Да, Союз превратился бы в конфедерацию, но эта конфедерация была бы более жизнеспособной. К ней потом могли присоединиться и некоторые страны из-за пределов СССР. А в итоге путча Ельцин, Кравчук и Шушкевич подписали договор, который ни в какие рамки не лезет. Какой-то наспех нарисованный на коленке безграмотный документ, не имеющий никакого стержня. СНГ стало насмешкой", - констатирует Хасбулатов.

Ельцин был растерян и смирился с поражением, но его вовремя "встряхнули", а потом он "заделался царем"

Из интервью Хасбулатова вырисовывается любопытная характеристика Бориса Ельцина, который в то время вызывал у своих сторонников горячий восторг, зачитав с танка Таманской дивизии у Белого дома знаменитое послание с осуждением ГКЧП.

По словам Хасбулатова, когда было объявлено о создании ГКЧП, он тут же помчался к Ельцину и застал его "совершенно растерянным и уже смирившимся", и на него пришлось "нажать", чтобы вынудить к сопротивлению. "Я говорю: надо драться! Давайте в квартире Ельцина сделаем штаб, будем узнавать обстановку, пригласим всех соратников из парламента и правительства. Подготовим документ - воззвание к народу. Чтобы из него было ясно, что мы не только не являемся сторонниками ГКЧП, но и энергично выступаем против. Вот с этого и началась осмысленная борьба", - вспоминает бывший председатель Верховного Совета РСФСР.

"В квартире у Ельцина я все время торопил с написанием обращения, потому что ждал, что в любой момент нас могут арестовать. У Полторанина (министра печати - прим. ред.) дрожали руки, он никак не мог начать, я отобрал у него ручку и сам стал писать", - продолжает он.

"Потом я созвал президиум Верховного Совета, и на нем в 11 часов мы приняли решение о созыве чрезвычайной сессии, а в 12 Ельцин залез на танк. И чем больше людей собиралось у Белого дома - тем прочнее становились наши позиции. Но в начале цель была только одна - не потерять лицо", - заключил Хасбулатов.

После провала путча, по оценке Хасбулатова, сменилась ориентация Ельцина и его советников, которые решили избавиться от Горбачева ценой гибели СССР. А когда и это удалось, и Ельцин вошел в Кремль, "он почувствовал себя царем и изменился до неузнаваемости. Облик, стиль работы... У него и раньше-то были хаотические, бездумные действия, но я, находясь рядом, имел возможность их сглаживать".

"А потом набежали царедворцы, в том числе и из бывшего окружения Горбачева, которые поощряли все шараханья. Ельцин никогда не разбирался в экономике, но был одержим стремлением понравиться и американцам, и европейцам... - продолжает один из его самых видных сторонников. -Некоторые шаги Ельцина в первые годы власти могли бы привести и к распаду уже России. Но Верховный Совет РФ во главе со мной его одергивал. Он злился, и все это закончилось конфликтом, в результате которого меня приравняли к гэкачепистам и тоже отправили в тюрьму. И выпустили по амнистии вместе с ними".

Как сложились судьбы путчистов

Спустя 20 лет членов ГКЧП называют не иначе как "заговорщиками". Их политические карьеры были разрушены. После поражения они были привлечены к уголовной ответственности по обвинению в измене Родине и побывали в тюрьме. Однако спустя несколько лет были выпущены по амнистии. За их судьбами проследили журналисты РБК.

Роковым стало участие в путче для министра внутренних дел СССР Бориса Пуго. Когда к нему домой пришли, чтобы арестовать за участие в антиконституционном заговоре, он застрелил жену и покончил с собой.

Глава ГКЧП, вице-президент СССР Геннадий Янаев вышел из "Матросской тишины" в 1994 году и окунулся в социальную работу. Он работал консультантом комитета ветеранов и инвалидов государственной службы, был руководителем Фонда помощи детям-инвалидам, завкафедрой отечественной истории и международных отношений Российской международной академии туризма. Однако его друзья признавали, что после освобождения из тюрьмы Янаев ушел в себя и поддерживал отношения лишь с несколькими близкими людьми, так и не простив себе, что не спас СССР. В 2010 году он скончался от рака легких.

Глава КГБ Владимир Крючков в 1992 году выступил с обращением к Ельцину, обвинив его в перекладывании вины за развал СССР на членов ГКЧП. Жизнь после путча он посвятил работе в ветеранских организациях сотрудников спецслужб и написанию мемуаров. Он - автор четырех книг: "Личное дело", "На краю пропасти", "Личность и власть" и "Без срока давности". В 2007 году Крючков умер после продолжительной болезни.

Министр обороны СССР маршал Дмитрий Язов нес ответственность за ввод в столицу военной техники, которая для многих москвичей наряду с "Лебединым озером" по телевизору осталась главным впечатлением августа 1991 года. После отставки и тюрьмы Язов занял должность главного военного советника Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны России, а потом главного советника-консультанта начальника Академии Генерального штаба. Сейчас он - пенсионер, однако продолжает руководить несколькими общественными организациями.

Председатель Крестьянского союза СССР Василий Стародубцев в июне 1992 года был освобожден из-под стражи по состоянию здоровья, после чего вернулся к руководству Крестьянским союзом. В 1993 году был избран в Совет Федерации, а в 1997-м Стародубцев стал губернатором Тульской области, которую возглавлял на протяжении восьми лет. Сейчас заседает в Госдуме в составе фракции КПРФ.

Глава союзного правительства и автор печально знаменитой денежной реформы Валентин Павлов после амнистии занимался банковской деятельностью. В 1994-1995 годах возглавлял "Часпромбанк", в 1996-1997 был советником руководства "Промстройбанка". Работал в ряде экономических институтов, был заместителем председателя Вольного экономического общества. Умер в 2003 году.

Президент Ассоциации государственных предприятий и объединений промышленности, строительства, транспорта и связи СССР Александр Тизяков после амнистии занимался бизнесом. По данным СМИ, он являлся соучредителем АОЗТ "Антал" и страховой компании "Северная казна", ООО "Видикон" и компании "Фиделити". Входит в региональное отделение КПРФ.

Заместитель председателя Совета обороны при президенте СССР Олег Бакланов в настоящее время является председателем совета директоров ракетно-космической корпорации "Рособщемаш".

Еще двое не входили в состав ГКЧП, но считаются участниками. Главнокомандующий Сухопутными войсками, заместитель министра обороны СССР Валентин Варенников неоднократно избирался депутатом Госдумы, работал в ветеранских организациях, успел организовать празднование 60-летия победы в Великой Отечественной войне и поучаствовать в успехах и неудачах партии "Родина", в 2009 году скончался.

Председатель Верховного совета СССР Анатолий Лукьянов также многократно переизбирался в Госдуму, а сейчас преподает на юрфаке МГУ и пишет стихи под псевдонимом Анатолий Осенев.