Бывший советский лидер Михаил Горбачев обеспокоен происходящим в России и намерен публично сказать об этом президенту
Архив NEWSru.com

Бывший советский лидер Михаил Горбачев обеспокоен происходящим в России и намерен публично сказать об этом президенту. Об этом он заявил в интервью "Независимой газете", опубликованном в пятницу. "Я готов к тому, чтобы рассказать президенту о том, что происходит в стране. То, что происходит, - совсем не то, что ждет страна. Я поддерживаю его, но хочу донести до него свое беспокойство - и сделать это публично. Такие вещи надо не шепотом, а честно и открыто говорить", - сказал Горбачев.

В частности, "монетизация (льгот) показала, как безразлично, как цинично обращаются власти с пенсионерами", - отметил бывший президент СССР, подчеркнув, что из тех, кто разрабатывал этот закон, "никто не ушел, никто не ответил".

Больше всего Горбачева в дни "пенсионерских бунтов" возмутило то, что за ними последовало - с первых же дней. Поиски зачинщиков. По словам Горбачева, их всегда ищут среди людей, которым надо ехать по делам, покупать лекарства – у них жизнь. В то время как все зачинщики, конечно, сидят в правительстве. "Что это за аппарат такой? Я попытался было их как-то оправдать. Трудно было поверить, что настолько черствы и циничны люди, работающие над важнейшими документами, затрагивающими миллионы людей. Ведь это же и есть большая политика. И я с горечью убедился: политика, перелопачивающая судьбы миллионов, делается лихо, нахально. Вот пошла серия передач о Зурабове: как они с женой отдают торговлю льготными лекарствами своим структурам. И все эти земельные дела… Думаешь - Боже мой! До чего же вы распоясались!"

Горбачев назвал враньем заявления о том, что в России мало бедных: "При Ельцине власти очень просто сделали: в два раза сократили прожиточный минимум. И тут же в два раза уменьшилось число бедняков! Все делается демонстративно, цинично, без уважения к людям. В таких условиях разговоры о демократии оскорбительны". Горбачев отметил, что его очень беспокоит тема роста авторитарных тенденций в отечественной политике, потому что, по его словам, слишком многое в его жизни отдано становлению демократии. "Все будет зависеть от того, какой выбор в конце концов сделает нынешняя власть", - заявил он.

"Давайте вернемся к предвыборной президентской кампании и проанализируем – кто что говорил, в том числе и я. Я сказал тогда: в том, что победит президент, – нет сомнений. Не было конкурентов! Однако тогда же я откровенно и с большой ответственностью говорил: будет большой ошибкой президента использование мандата на второй срок лишь для того, чтобы и дальше укреплять свою власть. В интересах президента – работать на страну, на граждан. Это и есть его главная функция. Если же президент станет играть во все эти политические игры – я буду разочарован, и, я думаю, будет разочарован каждый гражданин страны. Независимо от политических и идеологических привязанностей. Пока что главный ресурс, который обеспечил президенту решительную победу, – административный, но я вам скажу: никакой ресурс не срабатывает, если в обществе нет поддержки".

По словам Горбачева, в этом случае что-то можно решить только фальсификацией. "Может, даже и она была на последних выборах. Правда, ее в больших размерах нельзя допустить, – это все равно прорвалось бы. 70-процентный рейтинг президента сработал. Значит, люди связывали с ним свои надежды. В годы первого срока наступила какая-то стабилизация. Какие-то социальные шаги были сделаны. Был установлен определенный контроль за деятельностью государственных органов. Я все-таки ожидал, что он использует мандат на второй срок правления для того, чтобы двигаться дальше. И главное – решительно разворачивать экономическую, социальную и политическую сферу в интересах людей. С этого начинается демократия. Однако то, что началось сейчас, меня очень беспокоит. Наверное, вы и сами почувствовали, что в моих последних высказываниях, даже очень коротких, было очень много переживаний".

Он также подверг критике попытки возвеличить личность Сталина. "Разве это нормально, что председатель Думы вдруг стал Сталина превозносить. Я поражен. Потом, к вечеру уже, Грызлов стал оправдываться. Утром сморозил, а вечером… Нет, это не сталинизм – это смесь какая-то. Заговорили о чекизме. Это, знаете, изобретение чисто российское. Надо идти нормальным путем: свободы, демократии, уважения, открытости страны, свободы прессы и мнений. А они как будто всего боятся. А чего боятся? Самое большее – они могут власть потерять. Ну и что? Я ведь когда начинал реформы – говорил, что работаю два срока, и не больше. Потому что такой застой был в кадрах на всех уровнях, что это страну буквально сковало, и надо было ситуацию взорвать – но как взорвать? Не репрессиями сталинскими, а – демократией. Сегодня многие думают, что людям не до демократии. Да и в мире появился большой спрос на политиков авторитарного типа. Но у нас всегда крайности. Или левое радикальное крыло берет власть, или правое – тоже радикальное. Сумасшедшие… Я часто подчеркиваю – надо не впасть в новый застой и в новый суперконтроль. И в суперцентрализацию. А еще надо освобождать людей от страха перед государством – без этого не может быть демократии. Этот страх еще не успел уйти и вот теперь снова появляется…"

Горбачев обвинил власти в том, что ему помешали развить социал-демократическую партию, где он был лидером. "В структуре администрации нас не поддерживали, вставляли палки в колеса, им нужно, чтобы партии были карманными, управляемыми. Их не устраивало, что Горбачев ни в какой карман не лезет", - сказал Горбачев.

Он считает, что в настоящее время в стране нет партий, способных возглавить оппозицию.