Политолог: "Путин будет восприниматься не как оккупант, а как архитектор новой реальности. Разве не смешно?"
Пресс-служба Президента России

Российский президент Владимир Путин предлагает Западу заключить с ним "новую фаустову сделку", на которую тот, скорее всего, согласится, - такой вывод из последних событий, связанных с украинского кризисом, делает старший научный сотрудник московского Центра Карнеги Лилия Шевцова в статье для The Washington Post.

"Мироустройство, возникшее после краха Советского Союза, было обречено на провал, поскольку покоилось на убеждении, что постсоветская Россия больше не является источником проблем, - пишет Шевцова. - Даже когда западные лидеры осознали, что Россия при Владимире Путине становится источником проблем, они променяли свое политическое одобрение действий Кремля на экономические преференции..."

Этот обмен, цитирует политолога InoPressa.ru, должен был удержать Москву от того, чтобы мутить воду за пределами своих границ: "Как могут люди, у которых нажитые нечестным путем деньги лежат в западных банках, а дети ходят в западные школы, плохо относиться к Западу?", - иронизирует она над распространенным на Западе мнением.

Путин навязывает Западу новый миропорядок

"После вторжения Путина на Украину стало очевидно, что он перестал притворяться, - продолжает автор. - Кремль не станет ограничиваться подавлением оппозиции на территории России. Выживание путинской системы построено на постоянном поиске внешних и внутренних врагов. Украина стала испытательным полигоном Кремля, который стремится устранить саму идею революции - не только в России, но и в бывшем советском блоке - и заставить Запад признать свое право на это..."

Захват территорий и "защита" русскоязычного населения в других странах - это способ превратить Россию в государство, находящееся в состоянии войны, а Путина - в президента военного времени, что укрепит его позиции на внутренней арене", - пишет Лилия Шевцова.

По мнению политолога, "Путин стремится не только пересмотреть итоги холодной войны; он хочет иметь возможность сказать последнее слово при установлении нового миропорядка. Короче говоря, Кремль предлагает новую сделку: в обмен на сохранение экономических преференций для Запада Россия хочет, чтобы Запад одобрил ее интерпретацию правил игры". Такое решение "создает новые ловушки", причем "для обеих сторон", убеждена Шевцова.

"Кремль для легитимации своего вторжения на Украину взял на вооружение либеральную риторику. Он требует, чтобы Киев переписал конституцию Украины и позволил провести в регионах референдумы об их праве на отделение и о федерализации. Между тем российские граждане таких прав не имеют; за отстаивание этих прав в России вообще-то можно сесть в тюрьму, - продолжает Шевцова.

Придет время, когда российские татары скажут: "А почему мы лишены права на самоопределение?" Придет время, когда россияне спросят: "Почему у нас нет права на референдум и права быть в оппозиции к власти?" - прогнозирует она.

"Немногим лучше", по мнению автора, обстоят дела и у антагонистов Путина: "Застигнутые врасплох маневрами Путина, либеральные демократии как бы говорят Кремлю, что если он воздержится от агрессии в дальнейшем, Запад может признать новый статус-кво..."

Требования Запада о "деэскалации" лишь спровоцировали Москву на то, чтобы двигаться в прежнем направлении, считает политолог. Отказывая Украине в перспективе присоединения к евроатлантическому сообществу, Запад оставляет ее "в серой зоне неопределенности, где ей грозит попадание в российскую сферу влияния".

"Введенные до сих пор Западом санкции начали действовать, однако они парадоксальным образом укрепляют Путина в его логике выживания, построенной на концепции "осажденной крепости". То, что Путин на этой неделе призвал донецких сепаратистов отложить свой референдум, это не капитуляция - это предложение Киеву соблюсти интересы Кремля, на этот раз сделанное в форме "диалога". Этот призыв к диалогу из уст лидера, который свел политическую жизнь в России к собственному монологу", - пишет Шевцова.

"Но цели Кремль ставит, скорее всего, прагматические: войти в роль миротворца и заключить с Западом новую фаустову сделку, убедив его согласиться на ограничение суверенитета Украины и признать право внешних сил поучать украинцев, что такое хорошо и что такое плохо. Вполне могу представить, что западные лидеры, утомленные украинской головной болью, на эту сделку согласятся... Путин будет восприниматься не как оккупант, а как архитектор новой, посмодернистской реальности. Разве не смешно?" - заключает Шевцова.

Стратегия России: увеличиться самой и раздробить Европу

"Украинский кризис 2014 года уже можно считать зарей новой геополитической эры для европейского континента, началом самых важных изменений с момента падения железного занавеса в 1989 году и территориальных изменений, которые за этим последовали, начиная с обретения независимости Косово в 2008-м, - продолжает тему французская Le Figaro. - Расширение западной демократии на Восток подошло к концу".

Возрождение имперской державы с определенными автократическими тенденциями, Российской Федерации, ставит под вопрос завоевания Западной Европы в результате 20-летнего расширения. Россия Владимира Путина рассчитывает окончательно вернуться в европейскую политическую игру, откуда она выбыла в результате распада СССР. Конечная цель российской стратеги - превращение в страну, доминирующую на континенте", - считает ученый-географ Лоран Шалар.

Российское руководство предпринимает попытки увеличить численность населения и территорию своего государства, уверен он, называя и направление экспансии - на запад: "Примером может стать Украина, где Россия нацелилась в потенциале на 21,5 млн жителей восточных и южных областей, 8 млн из которых - этнические русские".

Чем больше Европа будет делиться на множество государств, тем легче стране с населением в 200 млн навязывать свое мнение, играя на конкуренции одних стран с другими, следуя принципу "разделяй и властвуй", - заключает автор статьи.