В Чечне, находящейся среди российских регионов на особом положении после двух войн, под руководством Рамзана Кадырова сложилась совершенно особая система неписанных законов и правил
Анастасия Кириленко/Радио Свобода

В Чечне, находящейся среди российских регионов на особом положении после двух войн, под руководством Рамзана Кадырова сложилась совершенно особая система неписанных законов и правил. Сухой закон, борьба с короткими юбками, преклонение перед главой республики и машины с "блатными" номерами, которые нельзя фотографировать, - такой увидела Чечню журналистка "Радио Свобода".

Кадыров не скрывает, что в республике особые нравы и свои правила поведения. Недавно он, наставляя земляков-чеченцев, как следует вести себя в других регионах, отмечал: "Я всегда говорил и сейчас повторю, что если приедут из Москвы молодые люди и будут танцевать вальс в центре Грозного и будут целоваться, кто им это позволит? Никто. Я в первую очередь это не позволю. Потому что это не по нашему менталитету".

В связи со своим менталитетом в Чечне существенно ограничена торговля спиртным. "Кадыров запретил алкоголь, и часть молодежи сидит на таблетках, с этим теперь борются", - объяснил корреспондентке местный житель по имени Аслан.

Особое внимание уделяется женской нравственности. На проспекте Путина красуется огромный плакат с надписью на чеченском: "Платок - гордость чеченской женщины" (цитата из Рамзана Кадырова). Девушки без платков на улицах Грозного - редкость, отмечает "Радио Свобода".

Ранее правозащитники сообщали, что женщину без платка на чеченской улице могут ждать проблемы: например, обстрел краской из ружья для игры в пейнтбол. Сам Кадыров по этому поводу заявлял: "За пейнтбольными атаками стоит кто-то, кто хочет очернить мою политику".

Мало в Грозном женщин в коротких юбках, которые не нравятся Рамзану Кадырову. "Если он едет в кортеже и увидит на обочине девушку в короткой юбке, то может сам опустить стекло и начать орать прямо из машины", - рассказала о главе республики жительница чеченской столицы по имени Мадина. Кадыров и сам в интервью признает, что выступает исключительно за длинные юбки.

"Кавказцы - горячие парни, которые ведут здоровый образ жизни. Поэтому, когда женщина полуголая, мы возбуждаемся", - объяснял он, но признавал, что запретить откровенную одежду не может, а может лишь попросить наряжаться скромнее. Тем не менее, правозащитники жалуются на "насаждение исламского дресс-кода" в Чечне.

Оргии в гостинице для футболистов

Немало удивила журналистку "Свободы" гостиница "Терек". Там останавливались Диего Марадона и другие звезды футбола. Построили отель специально для футболистов чеченского клуба "Терек", игроки жили в ней, приезжая на матчи с тренировок из Кисловодска.

"Теперь команда здесь не останавливается. Но местных мы не пускаем, только приезжих", - объяснил портье. Жители Чечни приезжали в гостиницу с определенной целью, рассказал служитель: "Устраивали тут оргии. Даже глава республики высказался по этому поводу".

Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что никаких таких высказываний Кадырова о гостинице "Терек" найти в СМИ не удалось, так что, возможно, часть удивительных вещей, которые рассказывают о чеченском лидере, несмотря на его экстравагантный образ жизни, следует считать не более чем слухами.

Машины, которые нельзя снимать

Как сообщает журналистка "Свободы", Рамзана Ахмадовича Кадырова в республике называют для краткости РК, РАК или КРА. Автомобильные номера серии КРА используют его приближенные. Машины с подобными "блатными" чеченскими номерами периодически ловят на лихачестве и в других регионах. Но в самой Чечне черные машины с номерами КРА лучше не фотографировать, советуют местные.

Как и в Москве, в Грозном регулярно перекрывают дороги ради VIP-автомобилей. Водитель, подвозивший журналистку, попав на 20 минут в очередную пробку из-за проезда службы безопасности главы республики, начал материться: "Опять кортеж". "А у самого Кадырова в кортеже 25-30 машин", - поведал шофер.

Чеченский Дубай

Сам Грозный, который гостья республики называет Грозный-Сити, произвел на нее большое впечатление: "Высотки в 30-40 этажей вызывают нереальное ощущение: мы в Грозном или в Дубае?" Но даже это - не тот размах, которого бы хотелось главе Чечни. Журналистка рассказывает, что, согласно местной легенде, Кадырову не позволили построить здание в 50 этажей, чтобы оно не было выше, чем в Москве, и на федеральном уровне утвердили проект только на 40.

Однако проблемы в "чеченском Дубае" чисто российские. В дождь на улицах бывает по щиколотку воды, а аварии водопровода - не редкость. Одна из них произошла 30 июня, что на целый день вывело из строя водопровод. При этом никто не удивлялся и не возмущался, рестораны, например, не прекращали работать и предлагали пользоваться рукомойниками.

"Дома построили, а про канализацию забыли. И дороги быстро сделали, но надолго ли их хватит?", - сетуют местные жители, а журналистка добавляет, что недавний сильный ливень смыл дорогу к высокогорному селу. Но если в горах это еще можно объяснить особенностями ландшафта, то аналогичное происшествие во Владивостоке заставляет думать, что в данном случае можно говорить об общероссийском менталитете.

Сильные дожди со шквалистым ветром прошли в Чечне 4 июля, обесточив Веденский и Шатойский районы и частично оставив без света жителей Грозненского, Шалинского, Урус-Мартановского и Итум-Калинского районов. В общей сложности без электричества остаются 65 тысяч человек, сообщается на сайте правительства республики.

В другом, более позднем сообщении за четверг говорится, что из строя вышла межрайонная подстанция, пострадали дороги, мосты, линии электропередач, газопроводы. Помощь селу Нохч-Келой Шатойского района, которому из-за высокого уровня воды пока не удается восстановить дорогу, доставлена на вертолете.

Силовики, нефть и безработица

Но главная проблема восстановленной Чечни - безработица, констатирует журналистка "Свободы". По словам местных жителей, самая высокооплачиваемая работа в республике - в силовых структурах. Промышленность же после двух войн так и не восстановлена. А прежде в Грозном действовало три нефтеперерабатывающих завода и один химический, здесь перерабатывалось до 20 млн тонн нефти в год.

Теперь заводы не работают, 90% нефтяных скважин законсервированы. Тем не менее в Грозном полтора года назад начала строить завод "Роснефть". Возобновил работу Грозненский нефтяной институт.

Некоторые местные жители объясняют упадок промышленности тем, что Рамзан Кадыров лично не отдавал распоряжения ее восстанавливать, а советники не осмеливаются ему советовать. Другие чеченцы уверены, что это может быть связано с желанием федерального центра "держать Чечню на коротком поводке", не ослабляя ее зависимости от федеральных дотаций.

Напомним, в госпрограмме "Развитие Северо-Кавказского федерального округа до 2025 года", проект которой был год назад внесен в правительство, общие затраты на ее реализацию предлагались на уровне 3,9 трлн рублей, а бюджетное финансирование на 2012-2014 годы более чем в три раза превышало объемы, предусмотренные бюджетными проектировками.

На Чечню приходится 423 млрд 388 млн рублей - по уровню дотаций из Москвы она идет на втором месте после Дагестана. Многие россияне, не живущие на Кавказе, выступают против его финансирования из госбюджета в таких больших объемах. Как свидетельствуют опросы, лозунг националистов "Хватит кормить Кавказ" поддерживает заметная часть населения других регионов. Однако Владимир Путин, критикуя эти лозунги, пугает, что в противном случае все может закончиться распадом страны и братоубийственной войной.

Курорт на родине экс-зятя Пугачевой и минные поля

Но хотя Чечня и страдает от безработицы, цены в местных ресторанах близки к московским, продолжает журналистка. По идее регион мог бы быть туристическим раем, но вряд ли станет им в обозримом будущем. В Ведучи - родовом селении известного бизнесмена, бывшего скандального зятя Аллы Пугачевой Руслана Байсарова - строится горнолыжный курорт, к проекту привлечены французские специалисты. Но де-факто в районе продолжает действовать режим контртеррористической операции, и даже в окружении Кадырова не верят, что курорт все-таки заработает.

Факт того, что сам Байсаров и другие чеченские бизнесмены продолжают вкладывать в проект свои деньги, журналист местного СМИ объяснил: "С чеченским бизнесменом, где бы он ни жил, связываются люди Кадырова и предлагают инвестировать. Отказаться можно, но... Недавно вкладываться в Чечню отказался нефтемагнат Бажаев, проживающий в Киеве, и в Чечне все, носившие фамилию Бажаев, были уволены со своих должностей". Журналистка не без иронии добавляет, что все это, "разумеется, только слухи".

Лыжная база в Ведучи - не единственный туристический проект в Чечне. Министерство спорта и туризма еще в прошлом году организовало ознакомительную поездку для туроператоров - по Аргунскому ущелью и озеру Кезеной Ам. В советское время на высокогорном озере располагалась олимпийская база по подготовке гребцов. Сейчас здесь пустынно, но уже появилось кафе и почти готовой выглядит небольшая гостиница. Но, конечно, пока это только пейзаж для местных художников и курорт местного значения, отмечает журналистка.

Еще одна проблема, причем не только для туризма, но и для развития сельского хозяйства - заминированные поля. Причем местное население радуется, что за последний год на минах подорвались "всего" пять человек. Размышляя о том, почему поля не разминируют, жители выдвигают самые разные версии, например такую: наверное, российские власти не уверены, что мины еще не понадобятся. Недавно врачи в Чечне боролись за строительство туберкулезного диспансера. Выделенная под него площадка оказалась заминированной, причем извлечь мины российские военные отказывались, и теперь диспансер строят в другом месте.

Чеченцы боятся потерять Кадырова, как только уйдет Путин

Тем не менее многие чеченцы совершенно искренне признательны Рамзану Кадырову за восстановление Чечни: "Без него ничего бы не было". "Кадыров добился какой-то стабильности, когда ввел ответственность родственников за то, что их сын ушел в горы. Начались поджоги домов родственников. И это стало действовать. Ужасно: это средневековые методы, но они эффективны", - призналась одна из местных журналисток.

В свою очередь журналист Сулим Юнусов, перебравшийся за границу, напомнил о случаях исчезновения людей, причастных и не причастных к подполью. Те, кто потеряли родственников, рассказывают, будто среди пострадавших идет жесткий спор о том, кто имеет право на первоочередную месть властям. Пока, однако, вендетта выглядит немыслимой - на каждом углу в Чечне всем внушается мысль, кто здесь хозяин, рассказывает корреспондент "Свободы".

Лоялисты же делают из Рамзана Кадырова человека-легенду. Можно, например, услышать такое: "Он выжимает лежа 180 килограммов", "Он радуется до слез, как ребенок, когда готово новое здание", "Он может приехать на стройку в три часа ночи на каком-нибудь тракторе, чтобы его никто не узнал, и проконтролировать, как идут дела".

Многие чеченцы при этом считают очевидным, что пребывание у власти Кадырова напрямую зависит от Путина: не станет Путина - не станет и Кадырова. Поэтому Чечня с любопытством следит за событиями на Болотной площади и акциями "оккупай". Неизвестно, что будет в Чечне в случае смены власти в России. Журналистка предполагает, что это одно из объяснений, почему на президентских выборах Путин по традиции набрал в Чечне почти 100% голосов.