Конституционный суд РФ получил от Минюста первый запрос о возможности неисполнения решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ)
КС РФ

Конституционный суд РФ получил от Минюста первый запрос о возможности неисполнения решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ). Речь идет о громком деле "Анчугов и Гладков против России" - о противоречии прописанной в Конституции РФ нормы об абсолютном запрете для заключенных на участие в выборах Европейской конвенции о правах человека.

Запрос Минюста зарегистрирован и находится на предварительном изучении в секретариате КС, подтвердил газете "Коммерсант" замминистра юстиции и уполномоченный РФ при ЕСПЧ Георгий Матюшкин. Обращение, отметил он, касается неисполнимого, по мнению российских властей, решения ЕСПЧ. На сайте КС РФ указано, что запрос зарегистрирован под N 928/15-01/2016.

Как сообщал портал "Право", решение по получившему принципиальное значение делу было вынесено в 2013 году. Сергей Анчугов и Владимир Гладков были приговорены к лишению свободы во второй половине 1990-х годов. В соответствии со ст. 32 Конституции РФ, граждане, содержащиеся в местах лишения свободы, не имеют права избирать и быть избранными. Опротестовать эту норму Основного закона заключенным не удалось, Верховный суд РФ в 2008 году оставил все предшествовавшие решения в силе.

По мнению Анчугова и Гладкова, запрет на голосование для заключенных противоречит норме Европейской конвенции, оговаривающей право человека на свободные выборы. Россия, присоединившись к Конвенции, не оговорила никаких исключений, а значит, в соответствии с ч. 4 чт. 14 Конституции, должны применяться международные нормы. Аргумент, будто осужденные неспособны сделать информированный выбор или могут подвергнуться давлению криминальных авторитетов, не может быть принят во внимание, поскольку по закону осужденные должны иметь доступ к информации, а давлению могут подвергнуться и на свободе.

При рассмотрении дела в Страсбурге позиция России как государства-ответчика была сформулирована следующим образом: Конституция - высший закон на территории России, следует из позиции, представленной Россией, имеющий преимущество перед любыми международными соглашениями, принятый всенародно, и ее вторая глава не подлежит пересмотру представительным органом. ЕСПЧ не имеет права оценивать совместимость Конституции РФ и Конвенции. Вмешательство в права заключенных законно, пропорционально, отвечает интересам общества, а также соответствует российским традициям и представлениям о демократии. Также отмечалось, что в местах лишения свободы находится незначительная часть населения РФ, так что ограничение избирательного права не препятствует свободному выражению воли народа в целом.

Вынося решение по делу, ЕСПЧ сделал акцент на том, что право избирать в XXI веке не привилегия, и это ограничение - непропорционально. Заявители указали, что ограничение распространяется на более чем 700 тысяч человек, и с точки зрения суда это - значительное число. Страсбургский суд также настаивал, что все законодательство должно соответствовать Конвенции, независимо от способа принятия. Кроме того, правительство не представило доказательств, что вопрос об ограничении избирательных прав заключенных обсуждался при составлении Конституции. Так что, приняв во внимание трудности, связанные с изменением Конституции РФ, ЕСПЧ все же настоял на обязанности правительства РФ найти способ устранить нарушение.

Заявители, Анчугов и Гладков, также требовали выплатить им 50 тысяч евро компенсации нематериального ущерба, однако Европейский суд по правам человека посчитал, что факт установления нарушения Конвенции сам по себе является достаточной компенсацией.

Стоит отметить, Россия не единственное в Европе государство, ограничивающее избирательные права заключенных. Так, например, Великобритания отказывается исполнять решение ЕСПЧ по делу "Херст против Соединенного королевства", вынесенное в 2005 году. Заявитель, осужденный за тяжкое преступление, оспорил британский Закон о народном представительстве, не позволяющий ему принимать участие в парламентских выборах или выборах в органы местного самоуправления. Всего в Европе восемь государств, не предоставляющих отбывающим наказание осужденным право голоса, в восьми установлены частичные ограничения, а в 20 странах заключенные обладают равными избирательными правами со свободными гражданами.

По мнению "Коммерсанта", дело "Анчугов и Гладков против России" является для российских властей наиболее удобным способом опробовать вступивший в силу в декабре прошлого года механизм неисполнения решений ЕСПЧ. При этом наиболее резонансное решение Европейского суда, чувствительное для Москвы, касается требования выплаты 1,9 млрд евро компенсации акционерам ЮКОСа.

В Москве неоднократно заявляли, что решение по делу Анчугова и Гладкова прямо противоречит Конституции, причем изменить конституционную норму, которая касается запрета на участие в выборах заключенных, можно только при принятии нового Основного закона или в ходе всенародного референдума.

"Главным аргументом, как и в предыдущих делах, для ЕСПЧ оказалось отсутствие обоснования действующего запрета: почему, например, осужденные условно могут голосовать, а отбывающие наказание в местах заключения - нет. Фактически в конституцию 1993 года попала старая советская норма, действовавшая еще со сталинских времен. Она явно противоречит всей практике ЕСПЧ, согласно которой умаление фундаментальных прав человека, находящегося под контролем государства, недопустимо", - говорил российский судья ЕСПЧ Дмитрий Дедов при вынесении решения по делу.

Между тем на прошлой неделе председатель ЕСПЧ Гвидо Раймонди на итоговой пресс-конференции заявил по поводу государств, отказывающихся исполнять решения Европейского суда, что "по логике ст. 46 Европейской конвенции, если национальная система ставит вас в положение, что вы не можете принять решение ЕСПЧ и вы отрицаете обязанность выводов из постановлений суда, вы не можете оставаться в Совете Европы".