Сергей Иванов
Архив NEWSru.com

Повод: Врачи: "дембеля" не только издевались над Сычевым, но и насиловали. Министр Иванов: ничего страшного


Судя по опубликованым досье и биографиям, Иванов сам в армии не служил. Родился 31 января 1953 года в Ленинграде. В 1960 году пошел в школу - в специализированный класс с углубленным изучением английского языка. Пять лет учился на переводческом отделении филфака ЛГУ, где лучших студентов готовили в военные переводчики.

В 1974 году 21-летний советский студент Сергей Иванов побывал в Великобритании на стажировке. Он изучал английский язык и культуру в Илингском техническом колледже, больше известном подготовкой гостиничного персонала и других работников сферы услуг.

Присягу принял на 4-м курсе во время университетских военных сборов под Ленинградом. В 1976 году стал слушателем высших курсов КГБ в Минске, после чего поступил на работу в КГБ СССР. В 1981 году окончил 101-ю школу Первого главного управления КГБ СССР и перешел на работу во внешнюю разведку.

Став министром обороны, Сергей Иванов вынужден был признать существование армейской преступности, в частности дедовщины. Но комментируя вопросы о конкретных преступлениях, Иванов обычно очень уклончив. Так, он считает, что "в 80% частей Вооруженных сил неуставных отношений нет": "Дедовщина в армии есть, она всегда была, и в советские годы тоже. Просто тогда об этом не говорили. Это было табу. В то же время я утверждаю, что в 80% частей и соединений Вооруженных сил дедовщины нет, потому что там нет вообще правонарушений". При этом министр обороны признавал, что имидж армии в российском обществе вызывает отторжение: "Я говорю открыто: у нас армии боятся. Общество боится. Это факт".

Объяснение этому явлению у министра самое простое: недоработки командиров. В пример он как-то привел случай, когда "идиот-командир - извините, другого слова не подберу - после бани вывел солдат на улицу и полчаса пересчитывал их на морозе".

Но в мае 2005 года Главный военный прокурор РФ Александр Савенков обнародовал сведения о резком росте армейской преступности. Тогда он сообщил, что только в первом квартале прошлого года общий рост правонарушений в войсках составил 11% по сравнению с тем же периодом 2003 года. Количество убийств увеличилось на 66,7%, число пострадавших от неуставных отношений и рукоприкладства - на 52,8%, краж - на 21%.

(ГВП) опубликовала и печальные показатели по основной силовой структуре России только за одну неделю: 46 человек погибли в результате преступных деяний и различных ЧП, 22 - получили увечья различной тяжести. Всего в течение 2005 года в армии и на флоте, в том числе и из-за дедовщины и причинения смерти по неосторожности, погиб 561 человек - целый мотострелковый батальон с приданными подразделениями.

Реакция министра была бурной. Сергей Иванов привел собственную, прямо противоположную статистику: по его данным, случаев гибели личного состава стало меньше на 22%, проявлений дедовщины - на 16%, а количество хищений сократилось на треть.

Если верить министру, служба в российской армии едва ли не самое безопасное занятие в России: "Уровень смертности от внешних причин в армии и на флоте почти в два раза ниже, чем в среднем по стране". Такие выводы Иванов сделал, опираясь на официальную статистику. "По данным Росстата, с января по август 2005 года от внешних причин, в том числе в результате ДТП, убийств, самоубийств, отравлений в России погибло 1,24 человека на каждую тысячу, а в армии этот показатель равняется 0,65. Комментарии, как говорится, излишни".

Насколько, однако, можно верить всем этим официальным скорбным электронным таблицам и графикам? Союз комитетов солдатских матерей (СКСМ) России, который не один год добывает сведения о реальных потерях в силовых ведомствах страны, подвергает сомнению данные о небоевых потерях в "мирных" воинских частях. По расчетам СКСМ, в среднем за год они могут составлять примерно 2 тысячи военнослужащих (против 1100 человек в 2004 году, по сведениям Минобороны).

Благотворительный общественный фонд "Право матери" считает, что погибших в Российской армии ещё больше - порядка 3 тысяч одних только солдат срочной службы ежегодно. Причем, "около 15-16% (это 450-480 конкретных случаев) смертей наступает в результате убийства или избиения с тяжкими последствиями".

Главная военная прокуратура настаивает на своих цифрах: от так называемых неуставных проявлений в 2004 году не только в Вооруженных силах РФ, но во всех войсках и воинских формированиях силовых ведомств погибли только 44 человека. Однако солдатские матери считают, что ГВП основывает свои данные лишь на тех уголовных делах, расследование которых завершено.